вястик (vyastik) wrote,
вястик
vyastik

Сэр Джон Мейнард Кейнс, знаменитый экономист, автор "Общей теории занятости, денег и кредита", в течение многих лет бессменный редактор Лондонского экономического журнала, вторым браком был женат на Лидии Павловне Лопухиной, балерине Императорского балета, в свое время танцевавшей с Нижинским в балете "Весна священная". Лопухина покинула пределы Советской России в голодном двадцатом году. При переходе границы ее задержали польские пограничники, и Лидия в ожидании допроса провела три дня в камере, полной подобных же перебежчиц. Одна из сокамерниц была больна сыпным тифом; заметив ползавших вшей, Лопухина была вынуждена провести все три дня на ногах, в высоких ботинках фронтовой сестры милосердия, смазанных свиным салом. По окончании допроса офицер ей вежливо козырнул, через полчаса она безмятежно, подобно котенку, спала на верхней полке в вагоне варшавского экспресса. Впереди были Варшава, Париж, нансеновский паспорт, лондонская сцена, Дягилев, удaчное замужество.

У Лидии Павловны, помимо старшего брата Федора, выдающегося танцора и балетмейстера, была сестра Анна, намного моложе нее. По стопам старшей сестры она пошла уже в советское время, и хотя не достигла ее высот в балетном искусстве, тем не менее профессионально танцевала в труппе московского Музыкального театра. В конце двадцатых она вышла замуж за Гаранина, в то время скромного сотрудника Первого отдела головной организации Дальстроя, в будущем же — заместителя Берзина и начальника УСВИТЛага. После ареста Берзина Гаранин оказался фактическим правителем Советского Дальнего Востока. По свидетельствам очевидцев, он открывал ногой дверь в кабинет Боркова, первого секретаря хабаровского крайкома компартии. Опасался он на Дальнем Востоке, и то в незначительной степени, лишь Блюхера. Печально известных Гаранинских расстрелов боялись не только заключенные, но и охрана дальстроевских лагерей. В год начала Второй мировой Гаранин был арестован, судим и расстрелян. На следующий год в одной из женских камер Лефортовского изолятора, не дожив до сорока лет, умерла Анна.

Старшая сестра пережила младшую более чем на четверть века, дожив до глубокой старости. О судьбе Анны Лидия Павловна узнала уже постфактум.

Сейчас, через много лет после тех событий, которые я по младости лет не застал, засиживаясь за чашкой капучино в кофейне на улице благополучного заморского городе, думаю о смысле людских судеб.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment