March 31st, 2002

лялёнок

(no subject)




4 казака — Козьма Крючковъ, Астаховъ, Иваньковъ, Щегольковъ — погнали 27 нмецкихъ кавалеристовъ и заставили ихъ вступить съ ними въ бой. Козьма Крючковъ закололъ 11 человкъ, получилъ самъ 16 ранъ, а лошадь 11. Крючкову за это доблестное дло данъ Георгiй съ бантомъ.
На картин изображено, какъ Козьма-богатырь накалываетъ нмцевъ на пики и разсаживаетъ какъ деревья. Лскомъ-то оно попрохладней хать домой.
лялёнок

(no subject)

1994 год. Берлин. Ведущие телекомпании мира передают прямые репортажи о выводе российских войск из Германии. Ради такого исторического события прибыл первый президент Российской Федерации Борис Ельцин. Под звуки военного оркестра маршируют солдаты... Неожиданно для всех Ельцин отходит от Гельмута Коля и приближается к музыкантам. Лихо приплясывая, начинает дирижировать оркестром. В какой-то момент даже подпевает. Президент России явно пьян. Скандальные кадры облетели весь мир. У некоторых телекомпаний они по сей день присутствуют в заставке новостийных программ.

По возвращении в Москву группа помощников Ельцина обратилась к нему с письмом, в котором говорилось, что он своим поведением, своими экспромтами нанес вред себе самому, престижу страны, их совместной работе. Тогда Борис Николаевич перед помощниками извиняться не стал. Не счел нужным. Он сделал это только теперь в своей новой книге "Президентский марафон" (главы из нее вы можете прочитать в "ФАКТАХ"). Ельцин признает, что со стороны его поведение в Берлине могло показаться диким, нелепым. Он все списывает на глубокий стресс, пережитый им в 1993 году во время путча. Он тогда искал средство, которое помогло бы ему справиться с нервами, с колоссальным напряжением. И нашел его. В алкоголе.

В Берлине он сорвался. "Давила ответственность, давила вся заряженная ожиданием исторического шага атмосфера события... Тяжесть отступила после нескольких рюмок... В этом состоянии легкости можно было и оркестром дирижировать", -- вспоминает Борис Николаевич.

Но, кажется, была еще одна причина. Россия уходила из Германии. Выводила свои последние войска из Европы. Это была, по сути, последняя глава в истории второй мировой войны, которую отцы и деды этих солдат и офицеров выиграли, дойдя до этого самого Берлина. А теперь их вынудили уйти. Оставить дома и казармы, в которых прошла часть их жизни. В России ждала полная неизвестность: будет ли предоставлено жилье, куда пошлют служить дальше? Ведь части, стоявшие в Восточной Европе, в том числе и в бывшей ГДР всегда считались престижными, элитными.

И президент Ельцин все это понимал. Отсюда и тяжесть, давившая на него в Берлине. Отсюда и чисто славянский способ от нее избавиться. Выпить, да еще сплясать у всех на виду! Знай, мол, наших! Мы уходим победителями, с музыкой, под лихой марш! И дирижирует сам президент! Думается, солдаты и офицеры в тот момент поняли Бориса Николаевича...

Update. Однако же, мало кому известный факт: радостные ухмылки на лицах присутствовавших при том британских и французских журналистов. Коллега с CNN поинтересовался, что веселого они находят в возмутительном поведении г-на Ельцина. "Как что", — заметил француз, — "опять немец под русскую дудку пляшет"...
лялёнок

(no subject)

В газете "Русский порядок" когда-то был редактором капитан Рогожин. Это не псевдоним: он действительно носил фамилию "Рогожин" и, как говорили, действительно был капитаном. Стиль его писаний до сих пор вызывает в памяти строки, которые имел обыкновение публиковать персонаж Достоевского, ходивший в том же звании.

Еще Рогожин публиковал произведения авторов, не имеющих отношения к организации или к редакции газеты, но подходящих (на его взгляд) к теме номера. Помнится, как-то году в 95-м (видимо, вскоре после "автоматного интервью") несколько нумеров подряд были посвящены битию Жыда. Онажды раскрыв свежий нумер за вечерней рюмкой чая, обнаружил там стихи varera:

Умение мерить рублем очевидные вещи
Даровано свыше неслышным движением сфер.
А крысы съедают в постелях хорошеньких женщин
И прячут остатки белья в нежилой секретер.