вястик (vyastik) wrote,
вястик
vyastik

Опричная эсхатология Грозного Царя

Елисеев пишет:

...Иоанн Васильевич Грозный не был только лишь благочестивым Государем, собирающим русские земли. В этом случае он нисколько не выделялся бы из славной когорты наших князей и монархов. Нет, Грозный был еще и тончайшим православным эзотериком. Он жил эсхатологическими переживаниями и видел за каждым событием символ грядущего Огненного Обновления мира. Более того, он делал все для того, чтобы подчеркнуть и усилить этот символизм, сделать наличие всего чудесного очевидным.

Грозный - это философ на троне и пророк в короне, он стоит в одном ряду с такими гениями на престоле, как Константин Великий, Фридрих II Гогенштауфен или Александр Македонский. Таких монархов можно пересчитать по пальцам - настолько велик был Дар, сообщенный им Господом Богом, настолько глубоко они понимали смысл и цель монаршего служения.

Царь Иоанн IV воспринимал Царя как образ архангела Михаила - грозного и сурового покровителя Воинствующей Церкви Христовой, архистратига воинских сил небесных. Имя "Грозный" отнюдь не было характеристикой личных качеств Государя - оно выражало его подобие небесному воителю - Ангелу Грозному. Иоанн IV собственноручно сотворил Канон и молитву архангелу Михаилу, назвав его именно Грозным Ангелом - Ангелом Смерти1). Канон этот подчеркивает священный страх, исходящий от архангела, здесь он описан как "грозный и смертоносный", "грозный воевода", "мудрый оружник и грозный полченник", "страшный посланниче", "страшный воин", "святый ангеле огнеообразный", "великий хитрец".

1) Царь Иоанн писал еще и стихиры, о которых очень высоко отзываются знатоки нашей древней письменности. Для Грозного вообще характерно некоторое сочетание "функций" Царя и священника, естественно, не выходящее за рамки православной Традиции, которая признает наличие за Царем определенного священнического достоинства и называет его "епископом по внешним делам". В Никитском монастыре (Переславль Залесский) на южной стороне паперти собора некогда была плита белого камня. Она содержала надпись, рассказывающую об освящении собора в 1564 г.: "Благочестивый Государь… всенощное бдение слушал и первую статию сам… чел и Божественную литургию слушал, и красным пением с своею статию, сам же Государь пел на заутрени и на литургии"...

Весьма характерен момент смерти, столь важный для опричного террора, который иногда стыдливо замалчивается даже искренними почитателями Грозного Царя. Акцентируя внимание на смертоносности архангела Михаила Иоанн IV точно следовал православной Традиции, которая утверждает благой, в целом, характер смерти. Конечно, с точки зрения Православия, смерть есть следствие грехопадения человечества в Адаме и не может считаться идеальным качеством человеческой натуры. Однако, она есть чудеснейшее спасение от вечного пребывания человека в собственной греховности. Если бы человек после грехопадения не получил дар смерти, то он грешил бы вечно и не имел возможности спасения. Помимо того, смерть есть средство избавления мира от врагов рода человеческого и, опять-таки, средство их, врагов, спасения. Средневековое "инквизиционное" мышление (и западное, и восточное) основывалось на том, что изменник должен погибнуть в этой жизни, но так, чтобы спастись в жизни новой, очистившись от грехов. Очищение это воспринималось как претерпевание адовых мук здесь и сейчас с тем, чтобы избежать их по ту сторону земной действительности.

С. Горяйнов, один из тонких знатоков европейского Средневековья, обращал внимание на то, что многие пытки, практикуемые инквизицией были бесполезны с прагматической точки зрения. Зачастую они применялись в отношении испытуемого, который уже сознался во всех своих преступлений и от которого не требовали новых признаний. Современное прогрессивно-гуманистическое сознание считает такие пытки проявлением садизма инквизиторов, однако, тут все гораздо сложнее2). По мнению Горяйнова, одной из главных задач инквизиции заключалась в том, чтобы провести грешника через некий ритуал духовного созерцания, обусловленного умерщвлением плоти. Долгие страдания постепенно делают человека невосприимчивым к физическим ощущениям, к запросам собственного тела. "Разум… свободный теперь от телесных мучений, - пишет Горяйнов, - неожиданно открывает для себя новые функции, ранее ему неизвестные. Таким образом, наступает стадия просветления Разума, когда он, освободившись от материального тела, начинает свободно впитывать в себя божественные энергии высших сфер. В качестве иллюстрации ко всему вышесказанному укажу на массовые практические опыты по умерщвлению плоти святыми отшельниками и монахами в средневековых монастырях…".

2). Либералы-гуманисты, обожающие разоблачать садизм, забывают, что сам маркиз де Сад, от которого произошло данное словечко, являлся горячим поборником либерализма и демократической республики. Забывают они и о том, что именно буржуазные либералы первыми осуществили массовый революционный террор (Робеспьер и якобинцы), первыми построили концлагеря (англичане времен бурской войны), первыми (и пока последними) применили ядерное оружие (Хиросима и Нагасаки). Ни один монархический, фашистский, ни один даже коммунистический режим, не дошел до того, чтобы убить 300 тыс. человек за несколько часов. Западные демократии, уничтожившие Дрезден во время второй мировой войны, до этого дошли.

Основываясь на методологии, предложенной Горяйновым, можно предположить, что временные мучения в застенках инквизиции должны были очистить душу прислужника сатаны в этой жизни, даровав ему надежду на то, что он избежит вечных мук в загробном мире. Такое же назначение имела и казнь на костре. Огонь инквизиции символизировал собой грядущий Огонь вечных мук и также давал надежду на освобождение от вечных страданий.

Все это чрезвычайно легко накладывается и на опричный террор, который несомненно представлял собой одну из форм православной инквизиции.

...Известный историк А. Юрганов недавно опубликовал интереснейшее исследование "Опричнина и Страшный Суд", в котором он, несмотря на все свое негативное отношение к Иоанну IV решительно отметают версию о его "патологическом садизме". Юрганов отмечает, что опричный террор символизировал наказание грешников на Страшном Суде. Большинство опричных казней было связано с водной и огненной стихией. Очень часто изменников поджигали, а потом сбрасывали связанными с моста в реку. Для всякого знакомого с христианским символизмом ясно - какие реалии отображал опричный террор. Богословы изображают стихию загробных мук как огненную реку, в которой грешники мучаются со связанными руками (св. Василий Новый, св. Кирилл Александрийский).

Тот же символизм характерен и для другой разновидности опричных казней - убиения дикими зверьми или собаками. На лицевых апокалипсисах 16-17 вв. изображаются мучения грешников, разрываемых собаками или медведями.

Отметим, что именно архангел Михаил, Ангел Смерти, считался перевозчиком через огненную реку - он же помогал человеку во время загробных мытарств. Смерть от руки его наместника - Царя - символизировала помощь грешнику, попавшему в загробный мир и очутившемуся перед огненной рекой. В Каноне Ангелу Грозному о нем сказано: "Смертию нас надзирает, и от суеты мира избавляет, и на Суд праведен ко Христу представляет, и от вечных мук избавляет…" Иоанн Грозный и его верные опричники отлично осознавали свою страшную, но великую миссию - они спасали Русь от изменников, а самих изменников от вечных мук. А вот еще одна цитата - из текста, написанного иностранцем Шлихтингом, очевидцем многих тогдашних событий: "Однажды пришел к тирану некий старец, по имени Борис Титов, и застал тирана сидящим за столом… Тот вошел и приветствует тирана; он также дружески отвечает на приветствие, говоря: "Здравствуй, о премного верный раб. За твою верность я отплачу тебе неким даром. Ну, подойди поближе и сядь со мной". Упомянутый Титов подошел поближе к тирану, который велит ему наклонить голову вниз, схватив ножик, который носил, взял несчастного старика за ухо и отрезал его. Тот тяжко вздыхает и подавляя боль, воздает благодарность тирану… Тиран ответил: "С благодарным настроением прими этот дар, каков бы он н был. Впоследствии я дам тебе больший". Под этим большим даром имелась ввиду смерть, смерть от руки Царя, избавляющего от загробных мучений.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments