вястик (vyastik) wrote,
вястик
vyastik

Интересная выдержка из интервью лидера "Молодёжной Родины".

Денис Тукмаков. Мы наблюдаем ваши театрализованные акции, мы наслышаны об "Обороне", о нескольких других организациях, вроде движения "Да!" Маши Гайдар. Но мы еще и смотрим телевизор, а там — 15-минутные репортажи в прайм-тайм по всем каналам про "Наших". Как их собирается по нескольку десятков тысяч — сначала на Ленинском проспекте, потом на Селигере — как к ним приезжает Павловский, приходит губернатор, как они съедают тонны тушенки, выпивают всю воду из озера и засоряют весь лес. Смотрим, как потом два десятка активистов мчат в Завидово к Путину поболтать у костра. При этом Павловский настраивает их: вы должны стать боевой организацией, чтобы на улицах противостоять фашистам! Мы видим, как в движение "Наши" приходят фанатские группировки, которые, скажем так, умеют за себя постоять на улице. Насколько адекватны ваши силы? Насколько они сопоставимы с этим правительственным ресурсом, с этим колоссом?

Сергей Шаргунов. "Наши" — это колосс на глиняных ногах, и их значимость сильно преувеличена. Эта абсолютно виртуальная организация, в которую вбуханы гигантские ресурсы. Взять тот же Ленинский проспект в Москве — просто ребятам пообещали "Москву показать". Их привезли, выстроили, кому-то заплатили, вбухали денег, обрядили в футболки, ребята постояли, а потом разошлись.

Я постоянно встречаюсь с комиссарами движения "Наши". Мы неплохо с ними общались в Форосе, куда я ездил в политологический лагерь. Милые такие девушки-нашистки. Среди них есть идейная молодежь, но эта идейность соответствует тому плюрализму в головах, который господствует во всех остальных политических течениях. Я не вижу, например, сильного отличия "нашистов" от "оборонцев", или даже от нацболов. Когда над костром встает руководитель региональной организации "Наши" и говорит: "Мой главный кумир — доктор Че Гевара", — это нечто.

В беседах идейные "нашисты" признаются, что им неприятен Путин, что они собираются его скинуть, что они считают себя революционной силой.

Но этих идейных ребят не так уж много. Все остальные, 90%, — это люди, которых привлекли определенные преференции: съездить куда-то потусоваться, провести время, повидать политиков. Либо же здесь простой подкуп. Когда же начнутся серьезные события, большая часть из них отправится домой, и вряд ли они даже станут смотреть эти события в новостях — они переключатся на MTV, будут пить пиво и хрустеть чипсами. "Наши" — это гигантская ложь нашего времени.

Денис Тукмаков. Ты сказал о поездке в Форос. Расскажи подробнее про свои украинские похождения — насколько они были нужны для строительства организации?

Сергей Шаргунов. Это были активные поездки, насыщенные событиями. В Форосе лагерь весь был набит комиссарами движения "Наши", остальные организации были представлены незначительно. Занятия проводили политтехнологи, близкие к Кремлю, например господин Марков. Комиссары демонстрировали вовсе не приверженность Кремлю, они показывали, что вполне могут быть с нами, в наших колоннах. Они не считают, например, Лимонова своим врагом, они не помешаны на, в тройных кавычках, "антифашистской тематике". Нормальные патриоты своего государства, которые весьма критично относятся к нынешней власти.

С другой стороны, контраст с Крымом — это поездка на Западную Украину, в лагерь оранжистов — людей, которые, собственно говоря, и осуществили "оранжевую революцию". Там были люди, близкие к организации "Пора", разные политтехнологи. Там мы совершили восхождение на гору Говерла, где произошла встреча с господином Ющенко.

Ющенко я четко высказал позицию партии "Родина" о том, что необходимо сближение наших народов, Украины и России, что Западу никакая Украина не нужна.

Я скептически отношусь к разного рода прозападным революциям, которые совершались на постсоветском пространстве, но понимаю: во многом они были связаны с тем, что пророссийская элита оказалась недееспособна и лояльна к коррумпированной бюрократии. И нам надо думать, почему там всколыхнулось молодежь? Надо думать, как найти общий язык с ними, как заставить историю перевернуться, чтобы те, кто бредил "рукой Москвы", будут протягивать нам руку поддержки. Я уверен, что это возможно: как оказалось, эти ребята нормально относятся к России, говорят на русском языке, поют русские песни. Никакие они не русофобы.

Вообще поездка на Западную Украину была интересна в технологическом плане. У оранжистов можно было научиться, например, тактике уличных действий при столкновении с органами правопорядка, когда надо вести себя мирно, не нарушая закон. Когда можно идти большой толпой, подняв вверх руки, что действует гипнотизирующее на стражей порядка. Мы не настроены всерьез драться, но всё возможно: вспоминается 9 мая, когда нас шесть часов продержали в милиции, что, по признанию Генпрокуратуры, было незаконно.

Техника сопротивления, гражданского неповиновения, победы на улицах — вот то, чему могут научить нас победившие на Украине молодежные организации. Это интересно, даже если мы полностью не разделяем идеологию этих движений. Кроме того, всегда интересно знать, что думают люди, близкие как к администрации Путина, так и к Ющенко. Важно понять, чем они собираются привлекать молодежь.

Говоря не в пользу российских политтехнологов, более пустым мне показался лагерь в Форосе. Он был более шизоиден, непоследователен, туманен.

А центром наших украинских путешествий стал город Киев, где я и мой заместитель Олег Бондаренко встретились с руководством Союза Молодых Социалистов — это ребята Мороза, который тоже участвовал в революции. Они отстаивают русский язык, русские интересы и призывают к интеграции с Россией. Мы договорились с ними о сотрудничестве, они приедут к нам на съезд.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments