Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

лялёнок

запоздалое - к 8 марта

Автор этого рассказа – женщина. Близко знаком с нею я никогда не был.

Для человека, которого завтра вздернут, он выглядел офигительно. Чуть бледен, небрит, глаза шалые, а в остальном все как обычно. Что ж, мужчина всегда должен оставаться мужчиной. ...Я в свое время была намного хуже. Рыдала, выла, билась головой о стену, ползала на коленях. То каталась по полу камеры в истерическом припадке, то хохотала без остановки. И чуть не сошла с ума – чуть кукушка не улетела, как говорили в той стране...

...Как меня, девочку из приличной семьи, так угораздило? Мой первый мужчина был "мудр аки змий". И я, ослепленная и зачарованная, бросалась вперед по одному только взгляду своего Повелителя. Взрыв бомбы разносит карету. Дико кричит и бьет копытами раненая лошадь. (Её жалко, людей нет). Пуля в породистое лицо, прямо над пенсне. Пронзительный женский визг, и стилет с трудом входит в тугую грудь. Мне было плевать на революцию, на жизни своих жертв, да и на свою тоже. Лишь бы увидеть ЕГО короткую, ободряющую улыбку, услышать ЕГО голос, почувствовать тонкие, сильные пальцы на своих волосах. Похмелье оказалось тяжёлым. Арест, камера с какими-то деревенскими дурами, суд, приговор. А ОН даже не пришел на заседание, разве что черкнул мне пару строк... Меня не вздернули только потому, что оказалась беременной. Честно, до сих пор не знаю, что бы случилось, встреться мы снова. К моему и его счастью, ОН погиб при взрыве динамитной мастерской раньше, чем я сбежала с каторги...

Мы с Сэмом обнимаемся прямо через прутья решетки, и он жадно целует меня в губы. Надзиратель, которому я сунула чирик (я всегда вспоминаю, что изображённый на этой купюре мужчина был застрелен за полвека до моего рождения), делает вид, что ничего не видит.
– Ты будешь завтра на площади?!
– Да, любимый! (Да уж! Мне не терпится увидеть тебя в петле. Эту историю пора заканчивать).

Collapse )
лялёнок

(no subject)

Интересно, автор "Дневника преподавателя-взяточника" – это и есть обвиняемый в убийстве двух женщин в Казани?



К тем, кто реально преподаёт в институтах и университетах, у меня другие вопросы: неужели сейчас коррупция на экзаменах настолько тотальна, что за деньги сессию сдаст любой, а без денег – не сдаст никто, кроме родственников и знакомых кролика?

УБЭП действительно так часто ходит по универам и арестовывает? Несмотря на УБЭП, тема взяток обсуждается в открытую?

Коррупция, при этом, не централизована? То есть все коррупционные ручейки не стекаются наверх ("наверх" это необязательно ректору, это возможно и проректору по учебной работе. Или даже проректору по режиму и АХР)? В то же время преподавательский коллектив не устраивает травлю студентов, осмелившихся жаловаться ментам на их коллегу?

Я учился на Физтехе в 90-е, у нас никто о взятках слыхом не слыхивал.
лялёнок

(no subject)

Хуёвые советские напитки (андроповка, солнцедар, портвейн-777) порождали спрос на качественные напитки (сингл-молт и шато-марго) только у узкой группы населения ("интеллигенции"). Широкие массы населения предъявляли спрос на самодельные суррогаты – вытяжку из клея БФ ("Борис Фёдорыч", да), самогонку и метанол.

Это представляется мне общей закономерностью: казённая мнополия на товар или услугу N ведёт к низкому качеству N, спрос на высокое качество N предъявляет только интеллигенция, а ширнармассам интересны самопальные суррогаты.

Так, имеющееся качество государственной медицины порождает народный спрос на знахарей, "целителей" и Кашпировского.

Имеющаяся ситуация с "официальной" религией – на гадалок, неоязычество, марксизм и ваххабизм.

Имеющаяся ситуация с образованием – на конторы по выдаче корочек.

Имеющаяся ситуация с судами и разрешением конфликтов – на уголовные разборки, заказные посадки, массовые драки и линч.

А имеющаяся ситуация с выборами порождает спрос на честные выборы лишь у узкой прослойки интеллигентов. Что до ширнармасс, то, если тема выборов их действительно заинтересует, то они, пожалуй, предъявят спрос на репрессии и гражданскую войну.
лялёнок

шёл по Сирту, видел чудо

На середину сентября назначен суд над сыном Каддафи.

Минувшей зимой новые ливийские власти утверждали, что будут его судить за массовые убийства, изнасилования и грабежи.

Теперь же оказывается, что на Каддафи-младшего сумели накопать материала, чтобы судить его Collapse )
лялёнок

(no subject)

Лузянин капитулировал.

Подозрительно, конечно, что изо всех узников 6 мая первым сдался зрелый, крепкий мужик. Особенно если учесть, что судить его будут отдельно от остальных, несдавшихся обвиняемых, что судебное разбирательство, в соответствии со ст. 314-317 УПК, будет проходить без исследования обстоятельств дела, и что суд над остальными обвиняемыми может, в соответствии с принципом преюдиции (ст. 90 УПК), ссылаться на любое утверждение из приговора Лузянину (в том числе и на утверждение о наличии массовых беспорядков!) как на теорему о сумме углов треугольника.

Помнится, недавно ещё в Питере жил мужичок с аналогичным бэкграундом. Тоже несколько лет назад был под судом за вымогательство, тоже был осужден условно, после чего жил, развлекаясь науськиванием любимого пса на мирных прохожих. Пока очередной прохожий не оказался каратистом.

Наказан немедленно должен быть всякий,
Кто кусает прохожих посредством собаки.

лялёнок

почему они победят













Вечером мы с партнёром гуляли, и он сказал: "Если бы у меня была такая квартира, я бы не пригласил совершенно чужих людей из другой страны". - "А вот ровно поэтому они и обгонят нас навсегда" - ответил я. Партнер поинтересовался логикой моего вывода, и я сказал, что, если люди стыдятся того, как они живут сейчас, то у них нет шансов улучшить свою жизнь: первое, что нужно сделать, это признать, что живешь так, как живешь, употребляя силы на улучшение, а не на сокрытие. Партнер сказал, что, кажется, тут есть над чем подумать.
лялёнок

(no subject)

Кстати, в книжке DJ Stalingrad (он же Петя Косово) "Исход" есть примечательный фрагмент.
 

Этот парень, он неплохо одет, скромно, со вкусом. Аккуратная стрижка, волевые черты лица, выглядит атлетически, занимается спортом, уверенный взгляд карих глаз. Он не из всех этих модных пидорков, он серьезный, хороший парень — сильный, смелый, нормальный мужик. Он расчетлив, но любит азарт, момент и кураж игры. Нос с небольшой горбинкой — сломали в драке, этот парень не понаслышке знает вкус крови на губах, он всегда готов постоять за себя и близких. У него много друзей, среди них он пользуется заслуженным уважением. Много подруг, которые любят его за то, что в нем есть что-то опасное, рискованное, что-то мужское, чего так не хватает в обычных городских парнях. Он увлекается, страстно играет, легко тратит деньги, легко выкручивается из сложных ситуаций, он еще молод, но уже очень опытен. И серьезен, он хороший парень, у него есть правильное представление о том, как правильно прожить жизнь. Не только красиво, с задором, веселыми девчонками и шальными друзьями, но вдумчиво, так, чтобы не было стыдно. Надо знать, понимать. Надо любить свою страну, уважать отца и мать, защищать свои жизненные принципы, не злоупотреблять алкоголем, найти хорошую девушку, создать семью, воспитать детей. Все сделать как надо, красиво прожить красивую жизнь, на одном дыхании.

Вот этот парень стоит вечером у магазина, и я подхожу к нему сзади. В растянутом свитере, в грязных кроссовках, неаккуратно выбритая “под ноль” голова, подростковые усы, прыщи на всем лице, гнилые зубы. Через секунду этот отличный парень превратится в кусок говна, обрезок железной трубы сделает из его головы кровавый фарш. Зубы, куски кожи, кровь во все стороны. Я — двоечник с последней парты, меня презирают одноклассники, я бухаю и дрочу. У меня впалая грудь, рахитичное пузо, я предрасположен к астме, плохое сердце. Никогда не было нормальной работы, никогда не было папы, никогда не было девушки, через секунду я отомщу этому пидарасу за все эти годы, за всю мою жизнь, за всех таких же, как я, придурков, за убогих, за больных, за детей из семей бюджетников, за тупых, инфантильных, за всех неудачников, которые составляют охуительный процент населения нашей страны. Я буду бить его по голове обрезком железной трубы за всех нас, и в этом будет что-то от святости. Или в святости всегда есть что-то от этого.

 

Лично я не усматриваю здесь никакой святости (а как раз наоборот), но базар не об этом. Секунду я вспоминал, что этот отрывок мне напоминает.

Ну конечно!
 

– То был классовый суд. Только в определении классов я сильно расходился с Марксом. Никаких производительных сил и производственных отношений… Учителем моим был Лермонтов.

– Лермонтов?!

– Сразу видно, что Вы его плохо читали. А у него замечательные мысли: «Честолюбие – не что иное, как жажда власти». Как Вам это?.. Против жажды власти я и восстал. Честолюбцы составляли класс моих заклятых врагов. В каждом, добивавшемся почестей, я видел гадину, которую надо раздавить. Всё это были посягатели на мою свободу. Питал я лютую ненависть к классу счастливых. У того же Лермонтова сказано, что счастье – это насыщенная гордость. А кто способен сносить гордость ближнего? Даже счастье любви – дерзость. Сколько раз приходилось видеть лица, горящие «нездешним огнем» после первого поцелуя. Ах ты, стерва, – думал я, – как ты смеешь возноситься передо мной в своем поганеньком счастьице!.. Не потерплю!.. Вызываю!.. И сколько их, счастливцев, загнал я на тот свет!

– Признаюсь, хоть ваш рассказ сильно волнует, многое в нем непонятно. Вот, хоть бы, зависть к чужому счастью. Разве не проще было самому стремиться к счастью. В молодости это так естественно.

– Такая философия не для меня. Есть потливые люди и никакая медицина не в силах их избавить; вечно у них кожа влажная. У других из носа течет или пахнет изо рта. Одного этого достаточно, чтобы не быть счастливым. А я создан сплошь из отбросов. С детства слабосилен, любой из сверстников одерживал надо мной верх в драке. На работе не мог угнаться за другими. Дыхательные пути неправильно устроены, какие-то неполадки в пищевом тракте. А вдобавок, лицом невзрачен – прыщеват, угреват. Так где уж там… счастливым.

– Неужели из-за этого?

– А Вам этого мало? Из-за этого и революция произошла. Вы, вот, рисуете меня сейчас на манер старинных романов: «мстил, мол, обществу», а я не мстил и не до мести было. Я просто боролся. Все любят повторять, что наша жизнь – борьба; но для Вас это оперная ария, а для меня – Евангелие, откровение. Я замирал от ужаса при мысли, что тогдашние правила борьбы обрекали меня. Во французской борьбе, вы знаете, класть противника на лопатки можно только суплесом, нельсоном, тур де бра или чем-нибудь в этом роде, но не разрешается ни пальцем в глаз ткнуть, ни под ложечку садануть. И вот, мимо меня, звеня шпорами, сверкая золотыми пуговицами, околышами фуражек, шли и проносились в каретах победители. Приходилось сторониться, жаться к стенке. Ни на победу, ни на самозащиту не было шансов. И вдруг всё переменилось. Появилась возможность бить носком под низ живота, кусаться и выдирать глаза. За это и будут чтить до смерти великую социалистическую. Я ее первый оценил и чуть молебен не отслужил за Ленина и Троцкого. Но это уж поэзия… Важно, что я сразу пошел в ЧК.

 

Пожалуй, DJ Stalingrad знает больше толка в социализме, чем всё ЦК КПРФ, взятое вместе.
лялёнок

(no subject)

Много ли сейчас осталось людей, сдававших теорминимум Ландау (самому Ландау или при его жизни)?

По-моему, после смерти Ахиезера и Тер-Мартиросяна в живых остался один Халатников.



http://www.ihst.ru/projects/sohist/interview/khalatnikov.htm

Халатников, кстати, был женат на дочери Щорса.

лялёнок

(no subject)

Начал писать о том, как я провёл минувший год, но бляццкий движок сцуко не пропустил пост.
И правильно, не хуй делицца личными событиями с незнакомыми людьми.
Поэтому пишу про политику.

Что же считать наилучшим политическим событием 2009 года для России? Я думаю, это подписание президентами Мамсуровым и Евкуровым договора о добрососедских отношениях (один пункт которого предусматривает всякий отказ Ингушетии от претензий на земли Пригородного района РСО-А). Не я один, кстати; Илларионов тоже так считает. Если действие этого договора продлится достаточно долго, если оба президента – Евкуров и Мамсуров – достаточно долго пробудут на своих постах, это будет значить прекращение древней вражды и переход к (пусть и нелицеприятным, но) мирным отношениям между осетинским и ингушским народами. Доброжелательства, конечно, первое время не будет, но оно и не требуется; требуются свобода и мир. Дружба и горячая жУвачка – удел последующих поколений. (Вспомним, сколько лет прошло после Победы, прежде чем Вилли Брандт извинялся перед де Голлем и Гомулкой).



Какие же, однако, выводы мы можем сделать из этой истории?

1. Люди перестают драться и начинают стремиться к миру, главным образом, когда перестают хотеть драться. Это урок для всех будущих утихомиривателей конфликтов: усилия должны быть направлены на то, чтобы "нападающая" сторона потеряла желание нападать.

2. Данный конфликт, однако, идёт к разрешению безо всяких федеральных утихомиривателей. Вот не видно при подписании этого договора каких-либо федеральных чиновников, неважно из правительства ли, или из АП, или из кацелюрии полпреда по ЮФО. Люди мирятся сами, без начальства. А, значит, мир – уж какой есть – возможен из без них. Без вот этих вот. Без кремлёвских/лубянских начальничков и их чуткого руководства. Очень хотелось бы, чтобы эту мысль – что мир и порядок возможны и без начальства – поняли и в собственно русской России.

3. Подписанию договора не предшествовали никакие пропагандистские кампании. Не было ни щитов с текстом "За мир между Осетией и Ингушетией!", ни какого нацпроекта по примирению сторон. Не было никакой шумихи в прессе. Была кропотливая, нешумная, каждодневная работа местных чиновников, которая сейчас и начала давать плоды.

Собственно, все позитивные изменения, какие происходили в России за последние годы, никакими пропагандистскими кампаниями не сопровождались. Вот не было кампании "Каждому - по мобильнику!", а сегодня мобильников, почитай, нет разве что у бомжей. (12-15 лет назад мобильник был игрушкой для избранных богачей). Не было кампании "за преодоление цирко... цифрового неравенства", а И-нета сейчас как грязи. Более сложный и важный пример: дедолларизация. Вот 10 лет назад люди не переводили в доллары разве что цены на булку хлеба, а сегодня и при трудоустройстве люди называют рублёвую сумму. Можно сделать вывод: если люди работают без шума – значит, есть надежда, что дело будет сделано. Если же делу сопутствуют пиаровская трескотня – значит, можно гарантированно утверждать, что дело сделано не будет, средства будут тихо спизжены, и результаты окажутся на нуле, если не в минусе.