Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

лялёнок

запоздалое - к 8 марта

Автор этого рассказа – женщина. Близко знаком с нею я никогда не был.

Для человека, которого завтра вздернут, он выглядел офигительно. Чуть бледен, небрит, глаза шалые, а в остальном все как обычно. Что ж, мужчина всегда должен оставаться мужчиной. ...Я в свое время была намного хуже. Рыдала, выла, билась головой о стену, ползала на коленях. То каталась по полу камеры в истерическом припадке, то хохотала без остановки. И чуть не сошла с ума – чуть кукушка не улетела, как говорили в той стране...

...Как меня, девочку из приличной семьи, так угораздило? Мой первый мужчина был "мудр аки змий". И я, ослепленная и зачарованная, бросалась вперед по одному только взгляду своего Повелителя. Взрыв бомбы разносит карету. Дико кричит и бьет копытами раненая лошадь. (Её жалко, людей нет). Пуля в породистое лицо, прямо над пенсне. Пронзительный женский визг, и стилет с трудом входит в тугую грудь. Мне было плевать на революцию, на жизни своих жертв, да и на свою тоже. Лишь бы увидеть ЕГО короткую, ободряющую улыбку, услышать ЕГО голос, почувствовать тонкие, сильные пальцы на своих волосах. Похмелье оказалось тяжёлым. Арест, камера с какими-то деревенскими дурами, суд, приговор. А ОН даже не пришел на заседание, разве что черкнул мне пару строк... Меня не вздернули только потому, что оказалась беременной. Честно, до сих пор не знаю, что бы случилось, встреться мы снова. К моему и его счастью, ОН погиб при взрыве динамитной мастерской раньше, чем я сбежала с каторги...

Мы с Сэмом обнимаемся прямо через прутья решетки, и он жадно целует меня в губы. Надзиратель, которому я сунула чирик (я всегда вспоминаю, что изображённый на этой купюре мужчина был застрелен за полвека до моего рождения), делает вид, что ничего не видит.
– Ты будешь завтра на площади?!
– Да, любимый! (Да уж! Мне не терпится увидеть тебя в петле. Эту историю пора заканчивать).

Collapse )
лялёнок

(no subject)

Не знал, что физик Дмитрий Иваненко (Ландау говорил о нём: "Митя меня научил многому – тому, как не надо писать работы") был в 1935 году арестован и осужден к 3 годам лагерей. Ему, кстати, повезло, т.к. двумя годами позже дело могло закончиться расстрелом, как это произошло с Берманом и Шубниковым. Повезло, если можно так выразиться, и в другом: его не довезли до Колымы, а высадили в Томской тюрьме, где он в течение 2 лет сидел на подсобных хозработах. Освободившись, Дм. Иваненко устроился истопником в Томский университет и получил возможность посещать семинары. После снятия судимости его моментально приняли на кафедру теоретической физики на должность зам. зав., а также в СибФТИ старшим научным сотрудником.

С 1943 года – в Москве, профессор кафедры теоретической физики. Дм. Иваненко возглавляет теоретический семинар и руководит им следующие полвека, с перерывом на поездку в Германию летом 1945 года. (В 1944-48 годах Иваненко заведует кафедрой физики Тимирязевской сельхозакадемии, в 1948-50, после печально знаменитой сессии Васхнил – безработный, формально числится сторожем при МГУ, похоже, ждёт нового ареста. Вести семинар он не перестаёт).

От нового ареста Иваненко спасла Сталинская премия, присужденная в 1950 году. Он востанавливается в МГУ профессором и работает там до конца своих дней. Скончался Иваненко на Новый, 1995 год, пережив своих друзей Ландау и Гамова на 22 года.
лялёнок

(no subject)

По весне, отяжелев от холодов,
Белый ветер набегает с Соловков.
Перед Марфой расстилается, как дым.
Путь на Волхов по болотинам лесным.
Под монашьим каблуком несёт, дрожа,
По лесам живую душу мятежа.

Слал ей Новгород тайком своих гонцов,
Господин и государь пяти концов.
Вьюга застит, вьюга стёсывает путь,
Кровь примёрзла к старым жилам - не шагнуть!
Три погони, как три смерти за спиной,
Три погибели - ей хватит и одной.

На три поля наборонено беды.
На три озера наронено слезы.
Слёзы выжжем, разбороним мы напасть -
Лучше мёртвыми, но вольными пропасть!

Как ходила, как носила красоту.
На помин швыряла деньги в босоту.
Две свечи в руках горели, два луча -
Сыну Дмитрию и Федору свеча.

По лесам свою кручину разнесу -
Все деревья тут же высохнут в лесу.
В чистом поле брошу ветру - размети!
Не останется бороздки на пути.
Погружу её я в озеро - тони!
Зарастёт травою озеро в тени.
Не по силушкам дана работа мне,
Не по розмыслу забота на уме.

Волчьим оком светит дальнее село,
Замело её снегами, занесло.
Но дрожал в её зрачке, оледенясь,
Под хоругвею Иван, великий князь...

По весне, отяжелев от холодов,
Белый ветер набегает с Соловков.
И легла на грудь могильная плита,
И распятье в сердце белого креста.
На пять ветров, на пять далей, как копьё,
Вечевое имя брошено её.
На три озера накоплено слезы,
На три века наборонено грозы.

В. Цыбин
лялёнок

(no subject)

Клянусь до самой смерти мстить этим подлым сукам,
Чью гнусную науку я до конца постиг.
Я вражескою кровью свои омою руки,
Когда наступит этот благословенный миг.

Публично, по-славянски из черепа напьюсь я,
Из вражеского черепа, как делал Святослав.
Устроить эту тризну в былом славянском вкусе
Дороже всех загробных, любых посмертных слав.

Варлам Шаламов, 1973
лялёнок

(no subject)

Много ли сейчас осталось людей, сдававших теорминимум Ландау (самому Ландау или при его жизни)?

По-моему, после смерти Ахиезера и Тер-Мартиросяна в живых остался один Халатников.



http://www.ihst.ru/projects/sohist/interview/khalatnikov.htm

Халатников, кстати, был женат на дочери Щорса.

лялёнок

(no subject)

Малоизвестный факт: в числе жертв событий десятилетней давности был первый русский ВИЧ-инфицированный, как он сам себя величал, «Гагарин СПИДа». Он не сражался ни на чьей стороне и погиб, придя 4 октября к Белому дому с толпой зевак и будучи застрелен снайпером.